Твори себя и мир адекватно природе вещей!

Локтев "ИРИСЫ" * Меню

ЧТО, ГДЕ, ПОЧЕМУ?
     (Оптимизация бытия)

^ ^ ^

Наконец-то я либо ликвидировал, либо передал почти все свои социумные дела и заботы и могу теперь относительно спокойно и не спеша заниматься самым увлекательным делом на свете – размышлениями о жизни. Сейчас – зима; я обитаю в своём подмосковном садовом домике, и хоть он и не зимний, жить можно. Зато никто и ничто не мешает думать, писать, читать и снова думать. До начала каких-либо садовых дел ещё далеко, ничто не довлеет над конкретикой бытия, и можно, пребывая в «шкуре» Монтеня-Шопенгауэра, бесконечно предаваться благостным играм раскрепощённого разума.

Размышления могут касаться как той или иной конкретики бытия, так и всей «миросистемы» в целом. Второе, конечно, интересней. Кроме того, размышления могут быть как праздными, так и целеустремлёнными. Первые – это «плевание в потолок», «небокопчение», т. е., в сущности, – и не размышления вовсе, а так – недоразумение. Вторые – это когда ставишь перед собой задачу так или иначе осмыслить бытие и построить некую его модель. Но если последнее удаётся, это не значит, что подобное размышление на этом заканчивается, поскольку тогда можно было бы повеситься от тоски и ощущения ненужности более своего существования. К счастью, мышление продолжает работать над моделью, оттачивает её контуры, что-то корректирует, прорабатывает те или иные аспекты. Тот, кто по жизни занят мышлением, не устаёт от него никогда.

Моё нынешнее состояние «свободного художника» позволяет мечтать о том, что и как хотелось бы видеть и в своей жизни и вообще в мире, а также – о том, как этого можно было бы достичь. Для возможного осуществления некоторых из рождающихся в мозгу идей, естественно, нужно время, и лишь оно способно показать их правильность или ошибочность. Для осуществления же более конкретных, личных планов и пожеланий может элементарно не хватить средств: с голоду, что называется, не помру, но кругосветные путешествия мне вряд ли светят. Однако мечтать – тоже отнюдь немало: пока есть такая способность, есть и жизнь.

^ ^ ^

Вот родилось очередное хайку – я их теперь «выпекаю» едва ли не ежедневно, а то и – по нескольку в день. Как говорится, «душа блаженного искала». Выйдешь, скажем, воздушную ванну принять, по снегу босичком походить, оглядишься по сторонам – всё, как будто, «сто раз» знакомо, но остановится взгляд на чём-то, выхватит какой-то нюанс, и – «понеслась». Иногда кажется, что это превращается чуть ли не в манию: бывает, утром ты ещё в полудрёме, в состоянии, так сказать, между сном и бодрствованием, а сознание уже вовсю пытается «хайчить», а раз даже среди ночи во сне сочинял – проснулся, записал это «снотворное» и опять уснул. Блокнотик и ручка рядом с «лежанкой» – «святое дело».

Я несколько душевно привязан к своей «дачке» – обитаю тут с детства, и самым ранним связанным с ней событиям, оставшимся в памяти, уже никак не меньше пятидесяти лет. Надо ли говорить, что очень и очень многое здесь изменилось с тех пор: и садовый домик (я его зову – «сарайчик») несколько лет назад мне пришлось новый построить, поскольку старый уже грозил сложиться, как карточный, и рухнуть на голову, да и крыса каждую ночь забегала проверить, что ещё здесь можно утащить про запас, и из растений далёкого детства в саду не осталось уже ничего, кроме трёх кустов чубушника. Домики по улице и по соседним тоже почти все обновились, некоторые дачники обзавелись настоящими «хоромами», и кто-то стал даже жить здесь и зимой, соседствовавшее когда-то с нами поле тоже всё позастроилось, и всё стало как-то теснее и «курятникообразнее». Тем не менее, место не утратило для меня своей прелести, и я пока не ощущал, чтобы оно мне хоть сколько-нибудь надоело.

С другой стороны, если то или иное местообитание нравится, это ещё не значит, что не может быть других таковых – не менее интересных и приятных. Кроме того, иногда какие-либо жизненные обстоятельства заставляют искать, в этом плане, в дополнение к имеющемуся, ещё что-нибудь. Такие обстоятельства возникли у меня лет пятнадцать назад, и я приобрёл около гектара земли с двумя старенькими домиками в глухой деревне Воронежской области. Искать не пришлось – вариант был предложен моей тамошней роднёй. Когда приехал и посмотрел, место сразу, что называется, легло на душу. Уже потом, существенно позже, понял, что с выбором не ошибся – по многим причинам.

^ ^ ^

Сегодня – погода, при которой совершенно невозможно сидеть дома, – лёгкий морозец, солнце на абсолютно голубом небе и полное безветрие. Уже порядка часа хожу вокруг дома, да к колодцу и обратно – по единственным очищенным мной от снега тропинкам в саду – и дышу, дышу. На соседней берёзе заливается синичка, в зарослях клёна копошится алогрудый снегирь, а с сосны «отзывается» ещё какая-то, не знаю названия, средних размеров серая птаха. Пользуясь чудностью дня, приехал сосед на своём, насколько могу судить, совковом внедорожнике, и они со сторожем на пару освобождают на улице от наста полосу для проезда. Пока пробираются мимо моего участка, болтаю с ними о том, о сём – ни о чём минут пятнадцать и снова ухожу в дом, к компьютеру.

Не знаю, что бы я вообще делал без компьютера, а точнее, – без интернета. Если мне никуда не надо отлучаться из дома, комп включается у меня сразу после утренней зарядки и выключается минут за десять до отхода ко сну. Интернет заменяет собой все источники информации: газеты не нужны, зомбоящик – тоже (я его и без интернета, практически, не смотрел), вся переписка – тоже здесь, равно как и музыка, в библиотеку ходить не надо, а музеев и театров я не любитель, т. е., для меня здесь – всё «в одном флаконе». Появился он у меня сравнительно поздно – наверное, всего лет десять назад, а до этого я ещё лет десять просто с одним компьютером «сидел». Как это было возможно, даже и не знаю. С интернетом будто началась новая жизнь, или, можно сказать, пришла вторая молодость – как говорится, кто понимает, тот понимает.

К новостям и комментариям, а посещаю я при этом, как правило, 4-5 соответствующих сайтов, возвращаюсь, после утреннего просмотра, ещё три-четыре раза на дню, т. е., – стараюсь отслеживать, по возможности, весь основной «дурдом» и – российский, в частности. В садовый сезон, конечно, так не получается, но утром и вечером, пусть даже и в ускоренном режиме, – обязательно. Можно, наверное, было бы вообще за новостями специально не следить, и вряд ли это нанесло бы какой-то значимый ущерб моему бытию – случается, уезжаю куда-нибудь на неделю отдохнуть и отдыхаю там и от интернета тоже, и никакого вреда себе от этого душа не ощущает, а наоборот – только отдыхает от суеты, – но сила привычки и собственная природа всё же берут своё – хочется как-то, почему-то быть в курсе основного происходящего.

^ ^ ^

Любое происходящее у каждого, имеющего нормальные мозги, вызывает желание его осмысления. Последнее всегда начинается с вопросов к самому себе: «Каким образом? Почему? Зачем? Что делать?» и т. д. и т. п. Вопросы возникают постоянно, поскольку и происходит что-либо также постоянно. Те или иные ответы повторяются, видоизменяются, утверждаются или отпадают. Постепенно формируется то, что называется мировоззрением, и оно уже в дальнейшем в состоянии давать своему хозяину ответы на любой, касающийся его (мировоззрения) вопрос. Мировоззрение тоже не есть нечто застывшее и может изменяться, иногда – кардинально, в течение жизни его обладателя, но оно всегда способно как-либо отвечать на любые в изобилии поставляемые жизнью вопросы. Насколько данные ответы оказываются адекватными той или иной жизненной ситуации или бытию вообще, всегда показывает дальнейший ход событий, независимо от того, как долго приходится ждать этой «проверки».

Естественно (поскольку речь, как обозначено в подзаголовке, идёт об оптимизации бытия), данное повествование также возникает не на пустом месте и не «с потолка свалилось», а есть результат соответствующих многих размышлений. Вообще собственную склонность и к размышлениям о жизни и к разного рода писательству (стишки, рассказики и т. д.) я обнаружил ещё в молодости. Первую тетрадку со стихоплётством, появившуюся, кажется, в десятом классе школы, вскоре сам и выкинул – оценил, как полную ерунду. Однако уже вскоре, обучаясь в Университете, завёл новую, по её заполнении – следующую и т. д. Эти все я сохраняю как бы себе на память – хотя там тоже барахла хватает, но есть уже и то, что представляется вполне приемлемым. Где-то в районе 20-летия начал выписывать в ежедневник афоризмы и размышления разных известных людей (к сегодняшнему дню у меня таких ежедневников назаполнялось двадцать штук), а вскоре появились и первые оформленные собственные мировоззренческие размышления. Сколько их у меня набралось почти за сорок лет такого мыслительного творчества, трудно сказать – не подсчитывал, но то, что – огромное количество, это точно. Можно было бы даже небольшую книжечку издать, только и лень суетиться, и вряд ли она кому-то будет ощутимо интересна. С высоты своих нынешних лет мне очевидно, что среди продуктов этих размышлений также хватает и наивных и не совсем верных, и совсем не верных, но, думаю, процесс здесь важнее результата – чтобы найти золото, нужно иметь желание его искать.

Изложить свои жизненные взгляды более-менее системно хотелось уже очень давно, но как-то всё было, что называется, недосуг, а может, просто идея должна была созреть, чтобы не метаться мучительно в процессе изложения: «А что же именно ты хочешь сказать?». И вот после пятидесяти, видимо, наконец, созрело и «прорвало» – «посыпались» заметки, эссе и т. п. образчики касательно видения мира и ответа на вопрос «что делать?». Вероятно, мыслительная мировоззренческая деятельность стала постепенно вытеснять все остальные виды моей деятельности, сейчас это вытеснение успешно продолжается и близко к полной победе. Опять же, не столь важен результат, как важна возможность заниматься тем, что чувствуешь основой собственного «я». Данный текст – также из этой же, «прорывной» серии, хотя он и чуть разбавлен необязательной лирикой, личными делами и воспоминаниями.

^ ^ ^

Народная мудрость – великая вещь. Это понимаешь всякий раз, когда на себе ощущаешь то или иное сказанное, т. е., – когда удаётся ту или иную пословицу воспринимать не только разумом, а, что называется, всем существом своим. Чтобы стать подлинно твоей, или чтобы быть тобой постигнутой, мысль должна быть тобой всецело прочувствованной, иначе она – просто набор звуков, фантом, бесполезный мираж. Когда такое постижение происходит, тебя пронзает ощущение проникновения в таинство, ты как будто находишься внутри этой мысли, и её мудрость и красота не могут в такие моменты не заполнять и тебя самого.

Одна из таких широко известных мыслей – «хорошо там, где нас нет». В этой связи можно ещё вспоминать горьковское «жизнь всегда будет достаточно плоха, чтобы в человеке не умирало желание лучшего», или кьеркегоровское «как ни живи, всё равно пожалеешь», или ещё что-нибудь в этом роде, но «народный вариант», по-моему, и точнее и ёмче. Если только человек не совсем уж законченный «валенок», то обязательно сидит в нём некая заноза желания новизны, некая охота к перемене мест, некая устремлённость в неизведанное – поскольку повторяемость, одинаковость, монотонность, практически всегда, приедаются. Короче, – смотри пословицу.

Мало кто из нас не связан теми или иными жизненными обстоятельствами и может послать всё подальше и начать жить так, как ему заблагорассудится. Это – в известной степени, счастливые люди, и за них можно только порадоваться. Остальные имеют возможность (если способны) о подобной свободе хотя бы мечтать. Поскольку мечтать я способен, я это и делаю, а мечта, между прочим, по меткому выражению Александра Грина, «прокладывает путь». Настоящая мечта всегда бесконечно далека от строительства воздушных замков, тупых повторений «халва, халва» и всякой прочей маниловщины, она, напротив, непременно завязана на продуманную лучшую реальность, к которой поэтому хочется целенаправленно и последовательно стремиться.

^ ^ ^

Как-то, несколько лет назад, в моё сознание вдруг постучалась, а потом постепенно обжилась и оформилась в нём мысль: «А где, интересно, лучшее место для жизни на Земле?». «А что значит «лучшее»?», – логично будет спросить. Каковы критерии и кто критерий верности, разумности, обоснованности этих критериев? Разумеется, всё это субъективно и зависит от многих личных и интересов и жизненных приоритетов. Кто-то души не чает в горячих источниках, кто-то грезит пирамидами, а кому-то снятся Швейцарские Альпы. В тех случаях, когда у индивида есть один наиболее стойкий жизненный интерес, то, что занимает и важно для него более всего остального, он вообще редко думает о тех или иных отрицательных моментах желаемого для него места обитания, а если и замечает что-то в этом роде, то легко закрывает на это глаза. Поскольку у меня такого ярко выраженного приоритета не было, встал вопрос о критериях «лучшести».

Общая позиция была такой: в этом месте должен наблюдаться совокупный по отобранным критериям минимум возможных отрицательных моментов. Причём было две категории поиска: по миру, в целом, и отдельно по России. Начал я, естественно, с России, как с более привычной среды. Просмотрел «чёртову уйму» карт и таблиц – климатических, экологических, сейсмических, «атомно-энергетических» и т. д. и т. п. Оказалось, что, если стремиться к идеальному варианту местообитания, то вряд ли его можно у нас найти – даже несмотря на такую огромность нашей территории. Вся азиатская часть России либо слишком сурова для выращивания чего-либо в открытом грунте, либо имеет достаточно существенную вероятность свершения землетрясений, либо является зоной распространения энцефалитного клеща, либо это, в той или иной комбинации, присутствует одновременно. С европейской частью – тоже не густо. Севернее и восточнее Москвы – и прохладнее и тоже далеко не всё беспроблемно вырастишь, и тот же клещ обитает. К западу идёт увеличение влажности, а часто «сидеть» под дождями или просто не видеть солнца я отнюдь не любитель. Остаётся – южное направление. Северный Кавказ (едва ли не до Ростова) – зона землетрясений, Астрахань, Волгоград и Саратов – летние жара, суховеи, дефицит влаги и т. п. Ещё надо отбросить районы, пострадавшие от Чернобыля, районы просто с плохой экологией и районы вблизи атомных станций, газопроводов и нефтепроводов. В результате останутся лишь отдельные малые «кусочки» в Тульской, Рязанской, Орловской, Липецкой, Тамбовской, Пензенской, Курской, Белгородской, Воронежской и Ростовской областях. Если же оптимизировать поиск по критерию возможности выращивания тех или иных культур, то я и вовсе оставил бы лишь три последних. Нашёл два-три приемлемых (относительно чистых пока и даже чернозёмных) места и в Московской области – в Серебряно-Прудском районе, но в упомянутых выше – лучше (теплее и вегетационный период более длительный). Т. о. оказалось, что моя Воронежская деревенька (а я проверил по всем параметрам) расположена весьма удачно и в одном из наиболее удовлетворительных для меня мест (а эталон чернозёма, которым ещё давным-давно «обрадовали» Парижский музей, и вовсе был взят из соседнего района). Минусов у её местоположения два: атомная станция километрах в 100-150 и наличие кислотных дождей. Последние охватывают всю центральную часть Европейской России, так что для избавления от них надо отправляться либо южнее, где трясёт и жарит, либо севернее или восточнее, где холодно и энцефалит. Что для кого является наименьшим из зол, каждый, естественно, решает сам, но для себя я сделал вывод, что идеального места для жизни в России, увы, нет.

У меня был московский приятель (собственно, он и сейчас никуда не делся, просто наше общение свелось почти к нулю), обрусевший азербайджанец, который с тех пор, как я его знаю (уже лет 25, наверное), всё «носится» с идеей некоего общинного поселения. Соответствующая «тусовка» то распадалась, то возникала снова, чтобы потом опять «рассосаться» и т. д., и «воз и ныне там». Я скептически и относился и отношусь к данной идее, но участвовал в некоторых обсуждениях и даже писал свой вариант устава такого поселения. Интерес к этой теме у меня был, однако, чисто умозрительным, и сам я ни в какую общину или что-то подобное вступать не собирался. Так вот одним из вопросов, который периодически всплывал на таких «посиделках», был вопрос о выборе места поселения. Предлагались всевозможные критерии выбора (потом оказалось, что общее число пунктов, указывающих на то, что должно, и чего не должно было быть в месте поселения и по соседству, перевалило за 60), делались попытки их ранжирования, намечались даже планы выезда на места, но когда вдруг со стороны случайно «приваливал» какой-то конкретный поселенческий вариант, приятель сразу забывал про все эти критерии и начинал «обсасывать» этот вариант по одному ему ведомым соображениям. Три раза таким образом им что-то приобреталось и потом, практически, тут же бросалось. Конечно, в подобном «дурдоме» я, даже умозрительно, участвовать перестал.

^ ^ ^

Когда ситуация с Россией мне стала понятна, я в вопросе оптимального места обитания обратился к остальному миру. Последовали все те же многочисленные просмотры и сопоставления и, вроде бы, нашлись конкретные удовлетворительные варианты, но затем «открылись» «новые обстоятельства», и всё пришлось пересматривать заново, а когда, кажется, снова определился, обнаружились ещё некие неучтённые моменты, и процесс повторился вновь. Конечно, это очень увлекательное занятие – искать оптимальное место для жизни, это – как игра в занимательнейшую игру с гигантским количеством обстоятельств и «подводных камней». Не удивительно, что я возвращался к ней снова и снова, поскольку хотелось почувствовать в себе уверенность в правильности и оптимальности выбранной мной версии ответа. Теперь, как будто, такая уверенность появилась (хотя, как известно, человеку свойственно ошибаться) и можно вполне переключаться на другую игру – размышлять о том, как на это найденное место перебраться и как там существовать.

К чему же я в вопросе выбора места пришёл? Сначала исключил из рассмотрения Азию и Африку. В принципе, там можно было бы найти несколько более-менее приемлемых мест, но помимо перечисленных ранее факторов (климат, экология и т. п.) надо ещё учитывать и политико-экономические условия и общую комфортность атмосферы (отсутствие агрессивности и прочего радикализма окружающего социума). По этому критерию, кстати и Россия не проходит. В Канаде, увы, климат оставляет желать лучшего. В Штатах – либо зоны землетрясений, либо – районы действия торнадо и ураганов, либо – области кислотных дождей, либо – те или иные климатические неудобства (в свете перечисленного, возможно, годятся лишь некоторые «кусочки» восточной трети штата Колорадо). В Южной Америке комфортно, видимо, могло бы быть в сравнительно небольшом регионе в южном направлении от Буэнос-Айреса, но когда в Чили или в западной Аргентине что-нибудь извергается (а этого добра там достаточно), все эти гарь и пепел нередко летят в эту благоприятную зону. Океания и Центральная Америка – сплошные землетрясения и вулканы, а в тропиках ещё и влажно и жарко. По причине «всеобщей тряскости» не годится и Новая Зеландия, что, ввиду её дивных красот, весьма жаль. Сначала показалось, что приемлемы некоторые регионы Австралии – либо в Виктории, либо – где-то в районе Перта. Последний – вообще, своего рода, край света – наиболее в мире удалённый от других аналогичных крупный город. Кроме того, на флаге Западной Австралии красуется чёрный лебедь – моя любимая птичка. Это, конечно, ерунда, но всё равно притягивает. Однако потом узнал, что Австралия занимает первое место в мире по заболеваемости раком кожи. Второй минус – очень бедные, неплодородные почвы. Кроме этого, там что-то участились то наводнения, то лесные пожары, а до этого годами засуха жуткая стояла – короче, тоже «отказался» (кто бы меня там ждал?!).

Осталось ещё то, что «под боком», – Европа. Казалось бы, тут тоже ничего оптимального нет: север – холодный и влажный, центр – просто влажный, да и всё – в кислотных дождях, а юг – очередная «трясучка», да и жарковато местами для постоянной жизни. По причине сейсмоопасности пришлось, увы, забраковать и любимый мною Крым. Но всё же такое относительно оптимальное место я в Европе нашёл – слегка (километров, наверное, 50-60) южнее Тулузы. Не хочу утомлять подробностями, желающие могут сами просмотреть данный регион по всем возможным критериям. Жаль, что там нет чернозёма, но и бурые лесные почвы тоже годятся. Минус места – в том, что примерно в 100 км (как у меня в деревне) – атомная станция. Утешает то, что преобладающее в регионе направление ветров – не от станции к найденному месту. Можно, конечно, удаляться от «атома» в том или ином направлении, но там возрастает присутствие каких-либо иных отрицательных факторов (возможно, также приемлема и аналогичная зона в юго-западном или юго-восточном направлении от Тулузы – надо всё смотреть и изучать на месте). Поэтому пока остановился на данном варианте и решил, что своё наименьшее из зол я нашёл.

^ ^ ^

Понятное дело, что всё это – забава, но забава – не самая плохая и не бессмысленная. Также понятно, что одно дело разглядывать карты и таблицы, а другое дело – видеть всё на местности. Может, или какие-то неучтённые минусы обнаружатся, или просто пейзаж на душу не ляжет – т. е., надо ехать смотреть и желательно хоть какое-то время там пожить. В этом плане мне, можно сказать, повезло: в тех краях, километрах также, может быть, в 50-60 обитает один мой знакомый (хоть и не близко, но – очно) французский цветовод – изредка перебрасываемся (на английском) парой слов по электронной почте, – так что есть шанс напроситься в гости на какое-то время. Возможно, через год–полтора дозрею до этой поездки. Во Франции я побывал трижды – в других регионах, и даже раз проезжал на поезде через Тулузу, однако – ночью, и поэтому, естественно, окружающей местности не видел (данная поездка была ещё в середине 90-х, когда у меня ни намёка на то, чтобы здесь поселиться, ни вообще никаких размышлений об оптимальном местообитании совершенно не имелось).

Ну, допустим, я туда съезжу, и мне там понравится, и я даже найду средства, чтобы приобрести там небольшой домик с участком. Предположим, отменят визы, и я смогу там обитать постоянно, а если не отменят, то – хотя бы по полгода, но как я буду себя ощущать в той среде? Ведь я не знаю французского, и это – ещё один минус найденного мной варианта. В этом смысле, существование в Австралии или, скажем, в Колорадо, было бы для меня существенно комфортней, поскольку с английским я худо-бедно знаком и поэтому в окружающей обстановке не потерялся бы. Ну да делать нечего, приходится на старости лет «садиться» за французский. Не могу сказать, что данный язык мне нравится, но, как говорится, охота пуще неволи. Спросил упомянутого знакомого, не стоит ли вместо французского учить окситанский – Лангедок всё-таки – и получил ответ, что на окситанском у них говорят, в основном, только в среде пожилых сельских жителей, а так повсеместно распространён французский. С одной стороны, – жаль: не надо было бы осваивать эти «чёртовы» носовые гласные. Уже, наверное, около месяца, медленно, по чуть-чуть пытаюсь изучать французский язык сам, по Интернету. Пока каких-то азов знать не буду, скорее всего «на местность» не поеду. Ещё один плюс подобного изучения – нагружение мозгов с тем, чтобы не так быстро пришёл Альцгеймер. Шутки шутками, но – кто знает?

На календаре – конец февраля, а уже в апреле начнутся какие-то садовые дела, поэтому толком ничего освоить не успею, а то малое, что успею, по большей части, летом забуду. Однако следующей зимой всё вспомню и двинусь дальше. Так же и с писаниной этой – если сейчас не успею, на лето, видимо, придётся прерываться. Надо бы, наверное, было сконцентрироваться на чём-то одном – скажем, на данном размышлении, как я изначально и планировал, да вот подвернулся, не спросясь, этот географический аспект, и теперь бросать не хочется. Размышлять и писать, он, конечно, не мешает, а просто оттягивает на себя энную часть драгоценного жизненного времени. Ну да «плакаться» нечего, ведь, как известно, «дорогу осилит идущий», вот я и пытаюсь идти.

^ ^ ^

О, беззаботность и неторопливость, как же благостны будни твои. Никуда не надо спешить, ничто над тобой не довлеет, социум остаётся где-то в стороне, и ты посматриваешь на него лишь на экране компьютера. Конечно, неразумно пребывать в таком состоянии всю свою жизнь, и выбирающие подобный вариант какие-нибудь монахи, в сущности, и не живут вовсе, поэтому – всему своё время. Я такого времени для себя дождался, поэтому и переполняет ощущение отдыха и блаженства. Отсутствие «постоянной гонки» и «дамоклова меча» возложенной самим на себя социумной ответственности не означает, однако, наступления «эры праздности и безделья», а просто даёт возможность мыслить и действовать без ненужной суеты и – собственно, наслаждаться каждым днём жизни. При этом, внутренняя установка на продуктивное созидательное бытие по-прежнему актуальна (а куда бы она делась?), а меняется лишь то, что перестаёшь ощущать себя «взмыленной по жизни лошадью».

Время, как обычно, бежит незаметно. Дни за днями уходят в никуда, и всё быстрее тает наша «шагреневая кожа». Не успеешь построить планы, как их уже приходится корректировать. Не успеешь проснуться, как уже опять пора спасть. Однако и это наше ограниченное время способно вмещать в себя чертовски много, да и природное разнообразие тому помогает. Погода, как ей и положено в это время в наших краях, – переменчива: то «сияет, блещет», и снежный, начинающий временами слегка подтаивать покров на солнце слепит глаза, то падают лёгкие, невесомые снежинки, одевая все кусты и деревья вокруг в сказочный «марсианский» наряд, а то и вовсе «валит и метёт» так, что приходится снова расчищать необходимые для здешнего бытия тропинки. Последнее, впрочем, – почти в удовольствие, поскольку, пока сад спит, основное времяпрепровождение – «закомпьютерное», и движения явно не хватает. Снегу быть ещё порядка месяца или чуть больше, а потом садовые работы скучать не дадут и без движения не оставят.

Эти самые садовые работы, практически, никогда не бывают мне в тягость. Даже когда устаёшь, это – приятная усталость, поскольку является результатом труда, направленного на создание красоты. Не так важно, какие растения ты любишь и сажаешь, – у каждого на этот счёт свои пристрастия – важно, что ты их любишь и сажаешь. В нашем абсурдном мире возделывание сада – однозначно продуктивное и никогда не теряющее своей актуальности занятие. Это – наше, своего рода, содружество с природой, и я даже, принимая желаемое за действительное, иногда сам для себя полагаю, что тот, в ком нет желания лично осуществлять подобный «мутуализм», не может считаться эволюционно нужной человеческой особью. Не следует только путать это желание со стремлением использовать свой кусок земли исключительно или преимущественно в угоду своей утробе, что мы пока можем наблюдать повсеместно и в весьма значительном количестве.

^ ^ ^

Пока до предполагаемой поездки в обозначенный регион ещё очень далеко, решил в Интернете ежедневно отслеживать тамошнюю погоду – вдруг какие нежелательные нюансы выплывут. Конечно, это не заменит реальной разведывательной поездки туда, но всё же – лучше, чем просто сидеть и «ждать и надеяться». Наблюдаю всего только две недели – пока всё o. k. Однако это всё просто своеобразная игра – реально я не жду там ни наводнений, ни землетрясений, ни засух, ни ураганов и никаких иных природных катаклизмов. Так что, в этом смысле, комфортность проживания будет, практически, гарантирована. Хотя вполне возможно, что когда (если) я туда попаду, то сам не захочу пребывать там постоянно – пока не увидишь, не узнаешь, – всё же вероятность данного «якоря», полагаю, достаточно высока.

Если же всё удачно сойдётся, и я смогу поселиться в этих благословенных, как мне представляется, местах, то что, собственно, я буду там делать? Вопрос, однако, возникает просто потому, что, логически, не может не возникать, реальной же загвоздки он для меня не представляет. Чем можно заниматься в 60 лет? Буду, как и здесь, размышлять, писать, читать и растить свой сад, т. е., – радоваться жизни. Разница лишь в конкретных условиях моего пребывания. Кстати, уже мечтаю, что у меня там будет, например, инжировое дерево – доводилось пробовать плод с ветки, – будет и земляничник мелкоплодный – единственное вечнозелёное дерево Крыма, – ну да все садовые мечты перечислять слишком долго. В идеале, вообще бы сделать ботанический сад, но это нереально.

Конечно, предстоит ещё выяснять и всевозможные социально-бытовые вопросы. Скажем, насколько там высок налог на недвижимость. Однако, думаю, что подобные моменты не будут определяющими, – раз люди живут и не жалуются, значит местная власть их не грабит. Также спросил своего тамошнего знакомого, как у них обстоят дела с количеством негров, арабов и т. п. «инородцев». Сам я не являюсь ни расистом, ни националистом, но, тем не менее, хотелось бы существовать в более комфортной, т. е., - более привычной среде. Вопрос возник не на пустом месте: В Париже (сам наблюдал) – давно уже «полный интернационал», в Москве тоже стало – хоть беги: кавказцев и азиатов столько, что создаётся впечатление, что ты сам – за рубежом, а не у себя дома. Знакомый ответил, что в Тулузе запрашиваемый контингент, конечно, заметен, а в маленьких городках и посёлках такие случаи пока единичны. Надеюсь, на мой век хватит, а постоянное пребывание в Тулузе в мои планы не входит.

^ ^ ^

Пока, однако, я здесь, в Москве и Подмосковье, с выездами время от времени в своё воронежское «поместье», так что сталкиваюсь со вполне определённой реальностью. Если не обращать внимания на кислотные дожди и некоторые климатические ограничения, воронежская деревня для проживания вполне годилась бы. Убивает, однако, наша действительность – как и, практически, в любом конкретном месте, так и в государстве вообще. В той же деревне качество интернета цензурно описать невозможно, но надо, видимо, радоваться, что он там вообще есть. До ближайшего магазинчика – два километра по грунту (зимой снег не чистится, так что или надевай лыжи или утопай), но это – не проблема: пешие прогулки на природе – только на пользу здоровью. Проблема в том, что в подобных магазинчиках купить нечего. То есть некий минимальный набор там, безусловно, имеется, но всё – не то, чего хотелось бы, а – всякое дерьмо, которое задаром не нужно. Приходится, когда еду туда, что-то из продуктов везти с собой, но с упомянутым качеством интернета там и с нужными продуктами долго не просидишь.

Однако, это не самые главные минусы здешнего бытия, ведь можно и не забираться в подобную глушь, – а удручает общая атмосфера беспросветности в стране. Казалось, в начале 90-х начали уходить от «совка», но постепенно опять в него же скатились. Сейчас находимся в таком «жутком маразме», что нормальному человеку здесь просто дышать нечем, и хочется бежать из страны, куда глаза глядят. Многие в той или иной степени приемлемые зарубежные варианты поселения лучше соответствующих наших именно по этой причине. Конечно, ситуация и у нас когда-нибудь изменится в лучшую сторону, но только собственная жизнь вполне может закончиться раньше, а вариант становления российским Манделой меня отнюдь не прельщает, поскольку у меня – другие жизненные интересы и разменивать их на политику совершенно не хочется.

Однако, кажется, четыре осеннее-весенних сезона (время, когда я свободен от своего сада) я всё же на политику потратил. Конечно, всё относительно, и я не окунался в неё с головой, но какую-то дань, тем не менее, отдал. Кругом творилось столько безобразия и произвола (сейчас – ещё больше), что натура требовала хоть как-то этому противостоять. Поскольку мои политические взгляды, в целом, – либеральные, я вступил в РНДС, ходил на их собрания и съезды и даже – на пикеты и т. п. мероприятия, что мне совершенно не свойственно. На каком-то съезде участвовал даже в работе редакционной комиссии, не однажды общался «в кулуарах» и с Мерзликиным и с Касьяновым и, в принципе, мог бы пытаться делать партийную карьеру, если бы такой род занятий не навевал на меня скуку. Сам Касьянов произвёл на меня позитивное впечатление – я не заметил за ним какой-либо заносчивости или самолюбования, или скрытности в общении. Однако он, по ему ведомым причинам, не инициировал со стороны РНДС никаких активных действий по изменению ситуации в стране, словно ожидая, когда «само рассосётся», и многих членов Союза это перестало устраивать. Не прекращая формально своего членства, но желая от оппозиции более активных действий, я пришёл в «Солидарность».

^ ^ ^

Надо сказать, что я пребывал в некоторой иллюзии относительно подобных оппозиционных структур, а точнее – относительно составляющего их контингента. Я почему-то полагал, что раз здесь собираются люди демократических убеждений, то они, в принципе, должны действовать разумно, адекватно, логично, последовательно, корректно, эффективно и т. п. Но глаза открылись потом, а сначала я ввязался в наиболее интересный для меня участок работы – вошёл в Аналитическую комиссию и в Комиссию по стратегии, а также посещал дискуссионный клуб. Редактировал документы, выдвигал те или иные предложения, писал статьи, дискутировал. При этом, иногда ходил и на Триумфальную, как раньше – на «марши несогласных». Постепенно, однако, стало понятно, что и здесь реального коллективного движения нет, а есть, в основном, – мышиная возня. Начались склоки и интриги между «фракциями», объединение и расформирование комиссий и т. п., корректностью взаимоотношений, как говорится, и не пахло, и об эффективности работы поэтому говорить уже не приходилось. Участвовать в балагане я – не любитель, так что на этом моё «хождение в политику» и закончилось. Когда возникли планы по образованию ПАРНАСа, мне предлагали (в неофициальных разговорах) войти в состав Московского Бюро от РНДС, но я уже всего этого «наелся» и насмотрелся, поэтому счёл за благо вернуться в свою «берлогу».

Я однако, отнюдь не считаю, это своё жизненное время потраченным впустую. Во-первых, любой жизненный опыт обогащает и тому, кому есть чем размышлять, даёт пищу для размышлений. Во-вторых, удалось либо просто послушать и оценить многих известных демократических политиков, либо, в той или иной степени, пообщаться с ними, – не говоря уже о политиках следующего звена, с которыми сталкиваешься в работе существенно чаще. Из первых лиц нынешней «демократической колонны» (я не отношу к таковым деятелей культуры и т. п. «персонажей») не довелось пересечься только с Рыжковым и Илларионовым. С последним – к большому сожалению, поскольку, практически, всё мировоззренческо-политическое его авторства, что я читал, абсолютно соответствовало моим собственным политическим взглядам и предпочтениям. В высшей степени достойными и адекватными считаю также Каспарова, Пионтковского и Подрабинека (последний – скорее, не политик, а правозащитник, но его совершенно невозможно не упомянуть), Немцов, в личностном плане, уже вызывает сомнения, а, скажем, Яшин или Милов – и того больше.

Что – помимо «Солидарности»? С одной стороны, последовательные и логичные (что вызывает уважение) действия Лимонова, но его политические воззрения, на мой взгляд, – тупиковы, поэтому разделять эту конкретную последовательность никак не могу. С другой стороны, – Координационный Совет Оппозиции, в выборах которого я также поучаствовал. Там, как и в любом столь разношёрстном коллективе, тоже начались «трения», и отнюдь не факт, что эту ситуацию в нём удастся преодолеть. Скорее, я настроен скептически на сей счёт. Также существуют разного рода демократические площадки в интернете, но тут ещё вопрос, что понимать под демократией (углубляться сейчас в это не хочется). Конечно, за «интернет-голосовалками» – будущее, но мы пока ещё – в настояшем, а здесь решающими моментами, похоже, оказываются «улица» и экономическая ситуация. Увы, за права и свободы мы биться не желаем, но если жрать нечего, то кто бы сомневался. Хотя, с другой стороны, северокорейцы уже сколько десятилетий с затянутыми поясами ходят, но отнюдь не бунтуют.

^ ^ ^

Поскольку провести оставшуюся жизнь (а вероятность подобного развития событий всегда имеется, хотя я и оптимист в этом плане) в демонстрациях и задержаниях мне не хочется (жалко на это жизненного времени, которое я всегда могу потратить с гораздо большей пользой), а находиться в среде мошенников и мерзавцев и убеждать себя в том, что ты хорошо «спрятался», или что тебя это не касается, я не в состоянии, поскольку это было бы самообманом, я и думаю о том, что как хорошо было бы отсюда свалить. Получится или нет, это уже другой вопрос, но, как говорится «живой живое гадает». Конечно, если бы основная масса оппозиционных политиков действовала последовательно и целеустремлённо, а также – что никак не менее важно – максимально порядочно в отношении друг друга, если бы объявлялся бойкот нынешнему нелегитимному режиму, компания гражданского неповиновения и т. п. действия, я бы с радостью в них участвовал. Но все политики претендуют на значимые посты и роли, а Манделой, при этом, также быть не желают, а многие ещё и в плане и разума и морали отнюдь не на высоте, вот и приходится или какой-то «всепробуждающей» катастрофы ждать, или искать «свежего воздуха» за рубежом.

Вообще-то там живут такие же люди, ничуть не умнее, а нередко, возможно, и глупее, чем у нас, просто живут они по-другому. В силу тех или иных исторических причин, сложилось так, что у них уже давно есть независимый суд и свободная пресса, поэтому любые ошибки, перегибы, пакости и т. п., которых и там хватает, не остаются незамеченными и не получившими общественную оценку. Там никто не претендует на то, чтобы быть истиной в последней инстанции, и система, в этом смысле, постоянно сама себя корректирует, т. е., она есть – живой, саморазвивающийся организм, а не искусственное образование, как в любом авторитарном государстве. Именно поэтому, что бы там негативного ни случалось, граждане, как правило, не винят в этом саму систему и гордятся, что являются её частью. Подобное бытие позволяет, вообще говоря, чувствовать себя счастливыми, поскольку каждый голос и каждое мнение там реально значимы. То, что это, зачастую – мнение глупых людей, уже совершенно другой вопрос.

Я давным-давно, с юности, когда впервые возникали размышления о подобных вещах, ощущаю себя космополитом. Причём это никак не связано с нашими российскими бедами – я точно так же ощущал бы себя в этом качестве, будучи и американцем и западноевропейцем, и японцем, и индийцем и вообще, кем угодно. Т. е., можно, конечно, радоваться, что живёшь в относительно благополучном социуме и стремиться сделать эту жизнь ещё благополучнее, но если не выходить с этими пожеланиями за пределы государственных границ, то это будет означать декларирование ограниченности собственного мышления. Если мне хорошо в моём городе или в моём квартале, или в моей стране, это отнюдь не значит, что остальной мир пусть хоть провалится. Казалось бы, элементарная мысль, но почему-то находится немало «пенноротых» лиц, её не разделяющих и при этом полагающих себя здравомыслящими. Подобные лица есть везде, как есть в любом обществе то, что мы назвали бы «вчерашним днём».

^ ^ ^

Теперь я веду почти отшельническую жизнь, пересекаясь с кем-либо лишь по той или иной необходимости. Иногда, больше по инерции, продолжаю ходить на шествия и митинги, но – всё реже и без энтузиазма. Конечно, стараюсь следить за всеми событиями, конечно, прикидываю, как и что следовало бы делать, конечно, крайне сочувствую попавшим в жернова нашего режима, но, тем не менее, понимаю, что любые мои посильные «дёрганья» ситуацию никак не улучшили бы, поскольку слишком мало пока вообще в любом социуме осмысленных действий, а для российского это совершенно очевидно. Поэтому могу только пытаться это осмыслить и изложить, что мне представляется отнюдь не бесполезным. Тем же, кто продолжает реальную борьбу, высокая честь и хвала, и морально я всецело с ними, но, как известно, каждому – своё.

А можно ли вообще хоть как-то влиять на ситуацию? Как говорится, – большой вопрос. Говорят, что выбор в «преемники» Путина – самая большая ошибка Ельцина. Возможно, что и так, – очевидно, что у власти оказался циничный мерзавец, который не только не привык считаться с существованием иных точек зрения и интересов, но ещё и проводит эту свою линию агрессивно и демонстративно нагло. Мошенник дорвался до власти и решил, на этом основании, что он и в человеческом плане что-то собой представляет. В истории хватало и хватает таких примеров, но кому эти персонажи, кроме историков, интересны?! Дерьмо всегда склонно упиваться своим положением, а потом нередко заканчивает, как Чаушеску. Я отнюдь не жажду именно такого финала, но вот поменять современного Распутина местами с Ходорковским очень даже не мешало бы. Учитывая всё большую ускоряемость развития человечества, наш узурпатор и вся его банда вместе с ним имеют хорошие шансы дожить до того времени, когда им за всё содеянное придётся отвечать. И – никакого «воровского парохода», как предлагал Пионтковский, – отвечать придётся вполне реально.

Отвечать, я думаю, придётся, скорее, раньше, чем позже. И не потому, конечно, что массы вдруг «прозреют» и захотят «очиститься», а просто потому, что устанут терпеть окружающие их мракобесие и дурдом. Дурдом от этого одного, конечно, не исчезнет, а только наведёт косметику, но и избавление от мракобесия тоже уже большой плюс. Ошибки в любой системе имеют свойство накапливаться, и чтобы выжить, она должна самокорректироваться, а закручивание гаек к последней процедуре не относится. Поскольку правящий режим «ничего знать не желает» и тем самым уже загнал себя в угол, «рванёт» у нас обязательно – это вопрос только времени. Возможно, народ решит «отметить» таким образом столетие Октября, но, надеюсь, что специально ждать этой даты не придётся. И конечно, все здравомыслящие люди ориентируются на приход того или иного демократического варианта общественного устройства, а не на коммунистический реванш и не на национал-социализм.

^ ^ ^

Где именно может «рвануть»? По всей вероятности, там, где наиболее сосредоточен передовой социально активный контингент, то есть, – в Москве. Повод для «взрыва» может, при этом, иметь любые географические координаты, но подхвачен и развит будет, скорее всего, в столице. И тот же Пионтковский и Сатаров, и некоторые другие уже, так или иначе, предлагали возможные сценарии развития событий, но что толку гадать «на кофейной гуще» – придёт время, и всё будет «сметено могучим ураганом». Сохранится ли при этом Россия в своих границах, кто знает. Если, например, Дагестан, Чечня и Ингушетия обретут самостоятельность, меня лично это не расстроит. Захочет последовать этим же путём, скажем, Кабардино-Балкария или ещё кто, на здоровье. Отделится, допустим, Калининград – то же самое. Полагаю, в наше время не стоит никого удерживать насильно, а всё должно идти естественным путём. А вот Крым, уверен, обязательно вернётся в Россию, ибо очевидно, что этого хочет большинство его жителей. Наступит время, когда уже не удастся помешать им выразить на референдуме свою соответствующую волю.

Но это всё – дело будущего, а что же, чтобы двигаться в позитивном направлении, делать сейчас? Честно говоря, при нынешнем состоянии человеческой природы, при нынешнем столь невысоком общем уровне разумности в социуме надеяться, в конечном счёте, можно только на удачное стечение обстоятельств. Безусловно, надо сопротивляться существующему положению вещей, кто как может, каждый на своём месте, – ведь, как известно, «вода камень точит». Но кто даст гарантию, что «источит» она его достаточно быстро, а жизнь ведь ни у кого не «резиновая», и хочется тратить её ежедневно на созидание или на свои маленькие радости – кому как, – а не на разгребание дерьма. От «мантр» типа «справедливость всё равно восторжествует» «слаще во рту не становится», поэтому здесь вряд ли может иметь место однозначный ответ на вопрос «что делать?». Каждый решает эту проблему согласно собственной природе и своим обстоятельствам.

Несмотря на очевидность направленности вектора эволюции от хаоса к порядку, до наступления стадии мало-мальски общеземного порядка путь ещё предстоит неблизкий, и по ходу дела и происходили и происходят, и ещё будут происходить те или иные необратимые вещи – к радости одних и к неудовольствию других. С некоторыми из происходящих процессов пока ещё мало что можно поделать – у человечества для этого не хватает умений и сил – и всё продолжает идти так, как оно идёт. Меняются, например, границы государств, меняется их национальный состав, появляются новые государства. Последние можно, конечно, и не признавать, но это не может остановить «броуновское движение жизни». В этой связи, вопрос, что станет с Россией, – отнюдь не умозрительный. Уже сейчас из-за изменения привычной структуры национального состава находиться в Москве и Подмосковье (да и не только) коренным россиянам стало некомфортно, и сие перераспределение имеет все шансы продолжаться и дальше. Дело вовсе не в национализме, а в естественном желании человека жить в привычной ему среде, тогда как пришлые – это не только другие физиономии и другой язык, но это ещё и другие культура, традиции, обычаи, стереотипы и т. д. и т. п. Против всего этого тоже возражений не было бы, если бы оно отправлялось культурно и цивилизованно, а поскольку этого не происходит, автоматически возникает отторжение. Штаты, в этом смысле, практически, с самого начала были неким плавильным котлом, так что им, как говорится, не привыкать, а вот Европа, похоже, уже политики мультикультурализма «наелась».

^ ^ ^

Вообще, если говорить о цивилизованности человеческой жизни, нельзя не признать, что человечество находится пока ещё в ясельном возрасте. Не прошло ещё и ста лет с момента первой попытки создания общемировой координирующей политической организации – Лиги Наций и – семидесяти с момента создания её современного варианта – ООН. Однако, опять же, вектор очевиден: если из членства в Лиге были и отнюдь не единичные случаи добровольного выхода и исключение, то с ООН такого уже не происходило (не считая случаев распада государств) и маловероятно, что произойдёт. Очевидно, что, в целом, общемировые процессы направлены на объединение человечества и на «взросление» последнего. Тем, кому это очевидно, разумеется, жаль, что, несмотря на имеющее место быть ускорение жизни, прогрессивные объединительные тенденции развиваются не так быстро, как хотелось бы.

Увы, «ясельность» пока «прёт изо всех щелей» – где больше, где меньше, но на сегодняшний день нет в мире такого социумного оазиса, где от неё можно было бы надёжно укрыться. Конечно, есть географически более цивилизованные места, но ведь мы давно знаем, что всё на свете относительно, поэтому пока вся имеющаяся цивилизованность – это «рак на безрыбье». И, в этом смысле, найденное мной «идеальное» место для жизни принципиально ничем не отличается от всех прочих. Понятно, что для любого продвижения вперёд приходится преодолевать сопротивление среды, что называется – структурировать её, быть перфекционистом, в конце концов, так вот эта самая «среда» совершенно не склонна как-либо переживать по поводу данного преодоления, а либо склонна «вставлять палки в колёса», либо ей «всё по фигу». Пофигизм меня вообще всегда бесит. Я бы для таких индивидов специальные лагеря для проживания создавал, но пока это утопично как по чёткости и однозначности критериев отбора, так и ввиду огромной численности таких особей.

Природа человеческая на сегодняшний день оставляет желать лучшего. Большинство людей – потребители, а не созидатели, и поэтому заботятся об оптимизации только того бытия, которое их, так или иначе, затрагивает, а не об оптимизации бытия вообще. Многие неверно именуют подобную позицию эгоизмом, тогда как на самом деле это – просто глупость. Последняя, как известно, многовариантна и неисчерпаема, и она ещё сравнительно долго будет тормозить общую эволюционную оптимизацию, творимую созидателями. Глупость – основной бич человечества – являет себя в любых социумах и в любых видах деятельности, так что иногда может представляться, что от неё никуда не деться, и что это – наша суть, и что, соответственно, она будет иметь место всегда. Конечно, нет – если бы глупость была сутью человека, не было бы ни его эволюции, ни вообще самого человека, поскольку человек и выделился из животного царства именно своей возможностью осмысленных действий.

^ ^ ^

Естественно, чтобы судить об истинности тех или иных высказываний, надо сначала определиться с терминами. В данном случае, речь о том, что есть разумность. Любой подобный термин не остаётся неизменным на протяжении истории и эволюционирует, усложняясь, вместе с человеком. В любом случае, разумность, во-первых, есть характеристика отражения сознанием действительности и, во-вторых, она есть развитие и применение адекватности данного отражения. Т. е., разумность есть не только способность адекватного отражения действительности, но ещё и нечто большее. Конкретно, как я полагаю, она есть ещё и внутренняя установка на конструктивное использование данной способности, а также – забота об эффективности такого использования. Адекватность же достигается личностью непротиворечием в её утверждениях общепризнанным фактам и владением ею в своих оценках, интерпретациях и вообще высказываниях элементарной логикой. В этой связи, всё, что декларируется истинным вне фактического контекста, с позиции разума не должно приниматься к серьёзному рассмотрению по существу.

Сознание человека – это, вообще говоря, многослойная структура, оно способно как бы вырастать над собой, постепенно включая в свою «область интересов», помимо действительности, не только само себя, но и – оценку собой самого себя и свою способность оценки такой оценки и т. д., насколько у кого хватит силы воображения. Т. о. сознание постоянно и качественно и количественно расширяет объём понятия «действительность». Разумность же выстраивает свое бытие на основе данного объёма, дополняя его конструктивным подходом и установкой на эффективность. Адекватность каких-либо реакций не стоит смешивать с их однозначностью, она, независимо от рассматриваемого вопроса, не есть какая-либо заданность, а есть всего лишь невыхождение за определённые рамки. Поэтому когда речь идёт о верности тех или иных суждений или действий, правильней всегда говорить о попадании или непопадании их в то или иное конкретное «поле адекватности».

Для сознания, претендующего на обладание адекватностью, важнейшим является комплекс вопросов, касающихся бытия человечества, как феномена. Является ли сие бытие неким хаотичным движением или имеет свой эволюционный вектор? Адекватному сознанию очевидно, как «дважды два», что такой вектор имеет место быть и направлен он от хаоса к порядку, от простого к сложному и от раздробленности к единению. Сегодня надо быть поистине слепым, чтобы не видеть данных процессов. Поэтому разумное сознание, совершенно естественно, не «плюёт против ветра», а стремится «оседлать эту волну» – с тем, чтобы пытаться максимально возможно оптимизировать общечеловеческое бытие к пользе каждого разумного. Данную оптимизацию сейчас невозможно проводить к пользе всех и каждого вообще, поскольку пока человечество, несмотря на свойственные ему объединительные тенденции, не является ещё однопорядково разумным, но её вполне можно пытаться проводить с целью достижения такой однопорядковости, и вот тогда уже она реально станет действовать в интересах всех и каждого.

^ ^ ^

Неадекватное или малоадекватное сознание не замечает вообще или, как минимум, не понимает и общеэволюционных и тех или иных отдельных процессов, происходящих в человечестве, простое адекватное – видит и понимает, но каким-либо образом помогать процессу не желает, оставляя своего носителя на позиции потребителя. Конструктивно-адекватное – настроено на то или иное участие в процессе общей оптимизации, а полностью разумное – на максимально возможную эффективность своего участия. При этом в множестве человеческих сознаний есть достаточно весомое подмножество таких, которые, казалось бы, ценят и конструктивность и эффективность, но, увы, имеют проблемы с адекватностью, и поэтому их оптимизационные потуги есть для человечества, в лучшем случае, мартышкин труд, а в худшем – медвежья услуга. Для любого разумного сознания в его бытии является и логичным и естественным ориентироваться только на аналогичные ему, т. е., на разумные же сознания – как на основу движения к обществу будущего и единственную (при широчайшем разнообразии интересов личности) качественную составляющую последнего.

В чём же конкретно проявляется пока неадекватность сознаний? Увы, сей перечень, поистине, неисчерпаем. Начну, как мне представляется с самых вредоносных для эволюции человечества случаев, переходя постепенно к менее ущербным. Самое нетерпимое – всё в межличностных взаимодействиях, что заведомо направлено на угрозу жизни и здоровью личности. О таких случаях мы имеем возможность узнавать ежедневно и по всему миру, и дефицита в таких происшествиях, увы, никакого нет. Здесь и разного рода бытовые преступления и изнасилования, и т. н. заказы, от кого бы они ни исходили, и всяческая резня со стороны бандгрупп и мафиозных структур. Захватнические войны – в этом же ряду. Нет нужды аргументировать очевидное: подобное деструктивное, животное сознание является балластом эволюционного развития Homo sapiens, поскольку действует в направлении, противоположном упомянутому выше вектору.

Следующий огромнейший пласт антиэволюционного поведения индивидов – прочая разнообразная уголовщина – грабежи, воровство, мошенничество и т. п. непотребство. Сии действа также наблюдаются в мире повсеместно, и хотя непосредственный их результат не столь ужасен, как в первом случае, они являются ничуть не меньшим тормозом общего прогрессивного движения. Причина этого – та же: априорное желание ущемить либо отдельных лиц, либо тот или иной социум себе во благо не адекватно вектору общеисторического процесса. Законодательные акты государств, как и общественное мнение, как правило, борются с обоими подобными явлениями, что говорит об общественном инстинкте самосохранения, однако в разных частях планеты эта борьба ведётся с разным успехом, поскольку нередко во власти, то там, то здесь, оказываются и мошенники и даже бандиты. И даже, казалось бы, в успешных, в этом смысле, обществах время от времени случаются рецидивы.

^ ^ ^

Однако, пожалуй, самая коварная своей неискоренимостью разновидность эволюционной неадекватности – это её вирусы и микробы, то, что лежит за пределами юриспруденции, а зачастую не носит даже никакого морального общественного осуждения, ибо многими «нормальными», некриминальными членами социумов должным образом не осознаётся. Эти паразиты действуют как на личностном уровне, так и институционально. Первая и главная разновидность данной категории, безусловно, – религия. Это – очень крупный, видимый невооружённым глазом вирус. Штаммы его многообразны, как штаммы вируса гриппа, но суть одна и та же – он заставляет заражённые им сознания либо инициировать, либо повторять бездоказательные утверждения касательно мироустройства, т. е., заставляет принимать такие утверждения на веру. Вирусом поражаются люди любого социального положения, а иммунитет к нему имеют лишь те, кто привык не принимать на веру вообще ничего, а привык оперировать лишь фактами, т. е., – адекватные сознания.

Люди любят придумывать себе сказки, поскольку это разнообразит их жизнь, позволяет как бы пожить в этом нереальном мире, посопереживать героям, отвлечься от своих каждодневных проблем. Это замечательно в тех случаях, когда «сказочник» так и рассматривает подобные творения, т. е., – как сказки. Если такие построения объявляются гипотезами, тоже приемлемо, хотя вероятность их подтверждения, согласно общечеловеческим опытным данным, и ничтожно мала. Но как только сказки начинают безосновательно объявляться реальностью, автоматически становится ясным, что такие сознания подвержены «веропринятию», или, другими словами, – что это неадекватные сознания. Вирус весьма заразен, как и тот же вирус гриппа, и пока неискореним, поскольку попадает на благодатную почву, – количество потенциально неадекватных сознаний растёт вместе с общим ростом населения Земли. Однако данная проблема, как и все прочие общечеловеческие проблемы, начнёт постепенно решаться уже в текущем веке.

Личности, которые не в состоянии критически мыслить и проветривать свои мозги от вероучений, попадают в атмосферу некоего одурманивающего театра, они живут в мире иллюзий и декораций, не замечая этого. Не случайно религия была названа опиумом – выздоравливают от данного пристрастия единицы, остальные же продолжают проходить свой путь блаженными баранами. То, что на данном процессе наживаются отдельные мошенники от религии, к сути вопроса отношения не имеет – неадекватность сознания вполне допускает «многопрофильность». Сочинить же какое-либо вероучение тоже никакого труда не составляет, и со стопроцентной уверенностью можно утверждать, что последователи у любого из них обязательно найдутся. Количество последователей и время существования любого вероучения принципиального значения не имеют, поскольку все они в равной степени не имеют никакого отношения к истинному положению дел. Тех, чья природа жаждет блаженности существенно больше разумности, вряд ли имеет смысл пытаться убеждать в тупиковости их позиции – со временем они сами вымрут, как неандертальцы: эволюционно тупиковая ветвь сознания обречена исчезнуть.

^ ^ ^

Ещё одна тупиковая ветвь Homo sapiens, нередко также организационно оформленная, – это т. н. ЛГБТ (надо же – по звучанию ГАБТ напоминает). Не совсем понятно, почему их «валят в одну кучу», ну да, как говорится, бог с ними (тем верующим, которые сами не из данной категории, наверное, при этом, последнем заявлении стоит креститься, молиться или что там ещё у них принято). Что бы в связи с данным явлением ни утверждал и ни признавал ВОЗ или ещё кто-либо, а зафиксированные в рассматриваемой аббревиатуре качества для человеческой природы есть аномалия. Разумеется, они должны рассматриваться не в смысле вины, а в смысле беды их носителей, и поэтому не должны как-либо наказываться или осуждаться – никому же, находящемуся в здравом уме, не придёт в голову наказывать или осуждать инвалидов. Наличие законодательств, так или иначе карающих, скажем, гомосексуализм (от штрафов, допустим, в Юго-Западной Африке до смертной казни, например, в Иране и Саудовской Аравии) – очередной из многих, имеющих пока место быть, пример неадекватности сознаний.

Английское слово “invalid” может переводиться и как «больной, нетрудоспособный» и как «непродуктивный, неплодотворный». В любом случае, инвалидность – это то или иное отклонение от нормы, и, в этом смысле, лгбтовость также есть инвалидность. Вообще объём понятия «инвалидность» следовало бы расширить и включить в него, наряду с состояниями физического, сенсорного, умственного и психического отклонений, ещё и состояния отклонения сексуального. Всё перечисленное, если оно не приобретено в результате травм или болезней, есть отклонения, заложенные генетически. Инвалидно всё, что имеет в своём состоянии преграды для той или иной продуктивности и плодотворности. Если человек имеет влечение к представителям своего пола, это бессмысленно осуждать, как абсурдно осуждать глухоту или шизофрению, или обладание синдромом Дауна, этому можно только сочувствовать. Сами по себе, сексуальные отклонения не вредят окружающим, поэтому никак не заслуживают негативной моральной оценки. Однако отсутствие такой оценки отнюдь не должно мешать констатировать сам факт отклонения.

Если сексуальные отклонения принципиально неверно осуждать, то, с другой стороны, потакать им – также не есть правильно и адекватно. Вопрос, как это нередко бывает, состоит в том, где провести границу, – что есть потакание, а что – нет. Интересы человечества, как единого и здорового организма, эволюционно значимей интересов любой его части, тем более – части неадекватной и/или нездоровой. Если ЛГБТ представители хотят жить в сексуальном плане своим особым образом, не стоит им в этом мешать, поскольку они этим ничьих прав не нарушают. Если они желают официально закреплять свои отношения в связи с возможными юридическими (наследственными и т. п.) процедурами, тоже нет причин этому препятствовать. При этом, однако, следует не смешивать подобный союз с общепринятым вариантом и следует именовать его не браком, а, скажем, однополым брачным партнёрством. Если сексуальные меньшинства хотят проводить свои парады, я бы тоже не препятствовал. То, что подобные мероприятия есть полная дурь со стороны их участников, это уже другой вопрос, но если дурь не нарушает прав других, то нет и повода её запрещать. Почему дурь? Потому что парад – это нечто торжественно-радостно-восхваляющее, а радоваться собственным отклонениям от нормы – значит иметь неадекватные мозги. Разумеется, я не призываю членов ЛГБТ сообщества заниматься самоедством касательно своей сексуальной ориентации, но и причин ликовать по этому поводу, если оставаться в поле адекватности, не просматривается. Эти парады – такой же нонсенс, как гипотетические парады, скажем, глухонемых или олигофренов, но если желается демонстрировать собственную аномалию, на здоровье.

^ ^ ^

Требования сексуальных меньшинств, озвучиваемые ими сверх вышеперечисленного, идут уже во вред человечеству, как единому здоровому организму. Поэтому удовлетворение их, которое кое-где в мире, увы, имеет место быть, нельзя признать эволюционно адекватным. Действия ЛГБТ активистов можно охарактеризовать пословицей «аппетит приходит во время еды». Т. е., им мало того, чтобы не ущемлялись их естественные права, а им подавай ещё и права неестественные. Имеется в виду, конечно, их желание усыновления/удочерения. Нахождение детей в подобных, с позволения сказать, семьях имеет вполне значимую вероятность отрицательного воздействия на их психику, и это не может быть безразличным для социума. Любой сексуально нормальный индивид не будет чувствовать себя комфортно в среде, продвигающей сексуальные аномалии, поэтому подобное общение явно не пойдёт на пользу развивающемуся организму. Под маской борьбы за права человека данная категория инвалидов продвигает не что иное, как возможность «вербовки» своих «последователей».

Меньшинство пытается заставить большинство пересмотреть свои взгляды на объёмы понятий «норма» и «аномалия» в вопросе сексуальной ориентации. Уступать данному давлению – значит наплевательски относиться к своему здоровью, и человечеству следует об этом помнить. Оно, скажем, лучше помнит о своём здоровье касательно педофилии и зоофилии, хотя нередко и здесь возникает «забывчивость». Конечно, гомосексуальность и эти две аномалии принципиально отличаются друг от друга, а именно, только в первом случае подразумевается, что обе «участвующие стороны» полностью отдают себе отчёт в своих действиях, однако, в данном случае, речь идёт о том, что оттого, что болезни разные, они не перестают быть болезнями. Человечество должно уважать права каждой личности и рассматривать запросы любой группы лиц, но в интересах наиболее эффективного бытия самого себя ни у кого не должно идти на поводу. Права – не есть, что-то данное априори, они всегда есть конвенция внутри того или иного социума, как правило, стремящегося к собственным безопасности и процветанию. Поскольку мир становится всё более единым, на первое место среди многочисленных аспектов внутрисоциумных и межличностных взаимодействий всё более выдвигаются вопросы общечеловеческих ценностей и оптимального развития человечества, в целом. Проблема адекватности любых конвенций всё более перерастает масштабы стран и народов, не говоря уже о любых социумах меньшего ранга.

Отдельная тема – взаимоотношение религии и «уложений» ЛГБТ. Впрочем, человечество, в целом, т. е., его здоровое ядро, эта тема интересовать не может, она может быть актуальной только для представителей обеих этих аномалий. Здоровое же ядро интересуют только проблемы здоровья этого ядра, эффективность бытия последнего, всем же остальным – аномалиями, отклонениями и т. п. негативом – оно занимается вынужденно, потому как пока от этого некуда деться и приходится тратить на это свои силы. «Пелотон» отнюдь не кичится своей «элитностью», наоборот, он заинтересован в том, чтобы распространить имеющееся здоровье на всё человеческое сообщество в интересах всех и каждого. Вновь приходится констатировать, что по многим направлениям данное стремление выглядит пока сизифовым трудом, однако здравомыслящие люди понимают, что если не пытаться жить конструктивно, то всё постепенно возвратится в хаос животного состояния, а, с другой стороны, закон перехода количественных изменений в качественные никто не отменял, поэтому «лягушка разума» продолжает создавать «порядок масла» из «хаоса сметаны», и «идущий» обязательно «осилит эту дорогу».

^ ^ ^

Наконец, самая распространённая разновидность неадекватности – так сказать, бытовая. Она – не институциональна, но вездесуща, всеядна и невероятно многообразна, и оттого её труднее всего диагностировать (и мировоззренческие и сексуальные инвалиды точно так же наполняют собой данное пространство, как и остальной, «нормальный» неадекват). На приведение примеров оной не хватит никаких площадей, поскольку даже количество самих ситуаций, в которых она может проявляться, стремится к бесконечности, а есть ещё и масса нюансов этих проявлений. Бытовая неадекватность – это те же грабёж, воровство и мошенничество, только – не являющиеся таковыми юридически. Они направлены не на имущество других лиц, а на их качества, душевные состояния и жизненное время, на эффективность их бытия, в конечном счёте. Причём, производиться такие действия могут как совершенно бездумно, на инстинктивном уровне, так и намеренно. И то и другое, однако, есть проявление глупости (в широком толковании термина), поскольку – античеловечно и, таким образом, антиэволюционно.

И в прошлом и в настоящем большинство людей на Земле действовало и действует именно в этом стиле. При этом, либо эволюционная ущербность подобной линии поведения не осознаётся ими вовсе, либо – сознательно отбрасывается по принципу «после нас хоть потоп». Т. е., если называть вещи своими именами, невозможно не признать, что народ, в основной своей массе, далёк от разумности, а тем, кто разумен, приходится продвигаться вперёд, неизбежно таща на себе многочисленные тяжёлые кандалы. «Корень зла» здесь состоит в том, что весь этот «калейдоскоп» «неадеквата мелкого фола» (как и «неадекват крупного фола») не в состоянии исповедовать объективность. Нет априорного настроя на учитывание интересов других, а есть либо «деревянность», либо хамство (и то и другое есть разновидность толстокожести). Такие люди или не могут или не желают смотреть за границы интересов собственной персоны. Да, они не идут на нарушение закона, но всё, что законодательно не запрещено, они будут непременно использовать, чтобы улучшить что-то своё за счёт чьего-то чужого. Причём, они не только действуют таким образом, но и однозначно уважают себя за это и именно подобные действия и считают разумными. Собственная выгода – вот их высший критерий оправданности их бытия. Наверное, они сильно удивятся (а многие ещё, пожалуй, и посчитают, что у автора приводимой здесь фразы «съехала крыша»), когда услышат, что «пошлый человек – это тот, который никогда не упустит собственной выгоды».

Разумеется, невозможно провести чёткую однозначную границу между разумностью и «дурью»: у каждой личности есть меньше или больше, но – достаточно нюансов, а кроме того, возможны и разные проявления в разных ситуациях. О разумности и неразумности вернее будет говорить в терминах «тогда и постольку», однако, в любом случае, очевидно, что в общем объёме всевозможных межличностных и внутрисоциумных взаимодействий процент таковых, «отмеченных» вышеупомянутой пошлостью, будет сильно превышать 50 процентов. Насколько сильно – зависит от заданной планки адекватности. И здесь чем адекватней человек, тем очевидней для него безрадостность текущей общесоциумной картины (безрадостность не тождественна бесперспективности, но об этом – позже). Чем выше человек поднимает эту планку, тем с большим объёмом неадеквата ему приходится сталкиваться. Повторюсь и скажу, что главным показателем (необходимым условием) адекватности индивида является его стойкое желание в любых ситуациях оставаться объективным.

^ ^ ^

Необъективность (осознанная или нет) преследует нас везде и всюду – от похода в ближайший магазин до т. н. большой политики. Одна из самых распространённых форм «мелкого неадеквата» – это враньё и иной обман (подтасовки, измены, недостойные розыгрыши и т. д. и т. п.). Нередко они приводят к отнюдь не мелким последствиям, однако в настоящем контексте – не в этом суть. Здесь речь о том, что подобные действия преследуют цель доставить совершающему их те или иные блага или преимущества нечестным путём. Причём, «правил игры» в бытовом срезе бытия пока просто нет, и неадекват, в отличие от разумных людей, этой ситуацией охотно пользуется. В самом деле, как не охаять или не подставить «ближнего», если это юридически ненаказуемо?! О том, что «ближний», не исключено, ответит тем же, почему-то не думается. А зачем животному думать, когда есть инстинкты? Главное – своё место под солнцем, а всякий «ближний» – заведомо конкурент в борьбе за него. «Надуть» конкурента – «святое дело», даже если он и не помышляет о том же самом в отношении тебя. Антиобъективная «логика» животного сознания выражается следующей «глубокой» мыслью: «А зачем я себе буду делать хуже?», что автоматически означает для него, что при любом сколько-нибудь существенном контакте хуже надо сделать другому. Когда же окружающие априори считаются потенциальными врагами, хуже им надо делать при любом контакте – просто на всякий случай. Лёгкость сотворения обмана всегда прямо пропорциональна «лёгкости» сознания.

И животному и уповающему сознанию может быть недалеко до состояния «продвинутого предсумасшествия». Последнее не обязательно должно диагностироваться – есть сколько угодно формально дееспособных, но «зацикленных» на чём-либо людей. Спектр этой «зацикленности» достаточно обширен – сейчас в этом без труда можно убедиться, заглянув в любую социальную сеть и, практически, на любой форум. Там всяческих «панацей», вариантов «спасения человечества», «верных» рецептов достижения счастья, богатства и здоровья, «открытий» законов и закономерностей и т. д. и т. п. – «не меряно» и на любой вкус. «Сумасшедшие», естественно, о своём состоянии не догадываются и считают таковыми любых не согласных с ними. Данный вариант неадекватного сознания, как правило, не причиняет кому-либо непосредственного ущерба, однако способен вводить в заблуждение и морочить голову всем, чьё сознание столь же неадекватно и готово предлагаемое подобными «открывателями» воспринимать всерьёз. В отличие от «обманщиков», «пророки», «по роду своей деятельности» чаще «радеют» об общем благе, что, однако, не исключает их «обманного» поведения в их «простом» повседневном бытии.

Неадекватность, однако, не сводится к случаям нежелания принятия объективности. Едва ли не более массово, чем последнее, она проявляется просто в неразличении объективности, что имеет место как в отсутствие, так и при наличии желания ей следовать. Т. е., речь, в данном случае, идёт об элементарной бестолковости. Если таковая не сопровождается нежеланием следования объективности, то она всегда извинительна, поскольку не направлена на нанесение ущерба кому бы то ни было. В противном случае, а именно, когда «сиюминутная» неадекватность соединяется с «динамической», это – бестолковость в квадрате или полная дремучесть. Один из наиболее распространённых вариантов бестолковой неадекватности описывается хорошо всем известной пословицей об огородной бузине и её «дальнем родственнике». Увы, многие люди, будучи неспособными постигать реальный смысл, содержащийся в тех или иных высказываниях, «беспрепятственно» заменяют его на одним им ведомый.

^ ^ ^

Вопрос неадекватности, как и многие другие, может быть рассматриваем в аспекте пола, возраста, национальности, уровня образования и т. д. и т. п. Остановлюсь здесь только на первом, как наиболее, на мой взгляд, значимом из них. Надо констатировать, что средняя женщина менее адекватна среднего мужчины – так уж устроено природой. Мужской разброс натур, как установлено, шире женского, поэтому, в принципе, для любой женщины найдётся как более, так и менее адекватный мужчина, только удельный вес этих последних существенно меньше удельного веса адекватной мужской части, тогда как у женщин основная масса сосредоточена по данному параметру в нижней части шкалы, в лучшем случае – ближе к её центру, что и обусловливает упомянутую выше констатацию. Подобная разница, безусловно добавляет сложностей во взаимоотношения между полами, и эти сложности в настоящее время, по большей части, непреодолимы.

Как правило, женщинами причины этих сложностей не осознаются, а некоторыми из них они толкуются превратно, и тогда возникает, например, такое уродливое явление, как феминизм. Конечно, напрягать мозги с тем, чтобы уяснить себе суть вещей, гораздо сложней, чем «кукарекать» и верить в собственные фантазии, и феминизм это хорошо демонстрирует. Женщинам вообще гораздо более свойственно, как безосновательно фантазировать, так и верить. В данном случае, происходит их восстание против природы вещей. Вместо того, чтобы стремиться к постижению сути происходящего и к налаживанию конструктивного взаимодействия, объявляется «крестовый поход» на противоположный пол, и здесь уже и чёрное выдаётся за белое, и дважды два объявляется равным пяти. Впрочем, это лишь один из примеров, хотя и радикальный, малоадекватного женского сознания, которому, в принципе, свойственно «вариться в собственном соку», редко когда добираясь до высот эволюционных размышлений.

Более того, можно сказать, что суть женщины, её природа, как она есть до сих пор, в целом, антиэволюционна. Женщины – это арьергард человечества, его слабое звено, та его часть, которая не успевает за глобальными процессами, а то и вовсе противится им. Природа устроила так, что осмысление происходящего не является сильной стороной женщины. Понятие «слабый пол» следует распространять также и на мыслительные способности человека. Разумеется, есть немало женщин, владеющих теми или иными навыками лучше многих мужчин, и – женщин, способных к постижению тех или иных наук лучше многих мужчин. Однако ничтожно мало, по сравнению с мужчинами, число женщин, способных на адекватную самооценку и на адекватное эволюционное мышление. Не случайно в истории человечества, практически, нет женщин-философов, женщины, в целом, приземлённей, их, в основном, интересует их личное настоящее, а не общечеловеческое будущее, их бытие это, по большей части, бытие потребителей, а не созидателей. Само по себе, сказанное не есть упрёк в адрес женщин, а есть лишь констатация факта. Упрёк начинается тогда, когда женщина пытается «садиться не в свои сани». Нередко она, как субъект, генетически не настроенный на размышление и развитие, берётся, тем не менее, поучать мужчину, как следует жить, т. е., в сущности, – как надо развиваться. Я отнюдь не обобщаю на все случаи жизни, и понятно, что в мире есть достаточное количество и тупых, не эволюционно мыслящих мужчин, но из этого никак не следует, что претендующие на роль «учителя» женщины мыслят адекватно и эволюционно.

^ ^ ^

Такова, в общих чертах, на сегодняшний день безрадостная картина касательно человеческой адекватности, эволюционной – в первую очередь. В связи с этим, естественно, возникают разные вопросы. Например, можно подумать: «Ну и что? – всё равно же человечество прогрессирует и движется вперёд независимо ни от чего, так что рано или поздно описываемая ситуация улучшится без специальных к тому усилий с чьей-либо стороны». Во-первых, если сей прогресс в человеческой природе и имеет место, то его можно заметить только в исторических масштабах – скажем, теперь не сажают на кол и на кострах не сжигают, а во многих местах Земли и вовсе смертной казни нет. Однако в не менее многих местах она по-прежнему есть, и пыток в мире, как и раньше, более, чем достаточно, да и самих преступлений отнюдь не убавляется. Во-вторых, прогресс, очевидно, имеет место быть в сфере науки и техники, и с этим никто спорить не будет, что же касается природы человека, то здесь всё не так однозначно. Количество населения в мире продолжает расти, а вот его качество – вряд ли. Если качественный прогресс и происходит, то лишь – гигантскими усилиями «пелотона», везущего весь этот «воз» на своих плечах». Если не предпринимать никаких принципиальных изменений, не факт, что удастся «везти» и дальше, – вполне можно и «надорваться», и начнётся социумное вырождение и одичание.

Те, кто, в основном, согласен с приведённой оценкой ситуации и понимают, что «по щучьему веленью» никогда ничего не бывает, задаются извечным, но совершенно логичным вопросом «что делать?». Где выход? Однако при владении элементарной логикой задавать вопросы, как правило, – не так сложно, а основная трудность состоит в нахождении адекватных ответов на них. Так вот на этот вопрос есть масса неправильных ответов. Огромный их пласт составляют разного рода «просветительские» советы. Это – на разные лады бесконечная песня о важности и необходимости воспитания и образования. С важностью никто и не спорит, но на решение проблемы сия рекомендация никак не тянет, иначе после, как минимум, двух тысяч лет существования заповедей должны уже были быть видны какие-то результаты подобных усилий, что на практике никак не очевидно. Можно, разумеется, ждать и ещё столько же – в надежде, что «вода камень точит», но никто не даст гарантии, что это «ожидание» не окажется разновидностью сизифова труда. Реально же эволюция просто не даст человечеству столько времени на «ожидание у моря погоды». Суть в том, что ошибочность «воспитательной парадигмы» уже давно очевидна т. н. народной мудрости и выражена пословицами типа «сколько волка ни корми, он всё в лес смотрит». Эта же мысль неоднократно отражена и в литературном творчестве (например: «рождённый ползать летать не может»), и, полагаю, она совершенно адекватна истинному положению дел.

Другой неверный «рецепт спасения» – фактически, противоположен первому, но – существенно ближе к конкретике и к политике. Это – различные, в сущности, тоталитарные концепции оптимального мироустройства социума. Предполагается, что некая, в известном смысле, элита, придя к власти, устанавливает определённый жёсткий для всех порядок с «нужными» правилами взаимодействия внутри него, что, якобы, способно со временем, когда все к нему привыкнут, существенно улучшить общую социумную ситуацию. При этом, те, кто не захочет привыкнуть, пусть пеняют на себя, ибо, так или иначе, исчезнут с избранного пути. Это, по многим причинам, – та же утопия. Во-первых, подлинной элите мысли взять власть не удастся – избиратель не допустит, поскольку основная его масса – тот же неадекват. Вариант силового захвата с её стороны исключён, ибо не совместим с элитарностью мышления. Если же власть, так или иначе, пришла к любителям жёсткого порядка, весьма маловероятно, что установленный ими порядок будет разумным, эволюционно обоснованным. Скорее всего, это будет лишь порядком на благо самим себе и себе подобным. Ну и главное – невозможно на длительную перспективу никого никуда загнать насильно, даже если это что-нибудь – райские кущи. Если, так или иначе, избавиться в социуме от всех несогласных, останется слишком мало участников «эксперимента», чтобы система могла успешно функционировать, а если не избавляться, то бесконечно держать природу в узде не получится – рано или поздно, плотина прорвётся, вернув всё на круги своя.

^ ^ ^

Если ни проповеди ни принуждения не достигают желаемого результата (при условии, конечно, что ещё и само желаемое эволюционно адекватно), то что же тогда – тупик, и человечеству так и не суждено выбраться из клубка своих проблем? Есть ли вообще где-то нужная «точка опоры»? Естественно, выход есть, а иначе невозможно стало бы говорить о дальнейшей эволюции и о подлинном прогрессе человечества. Залог оптимизации общечеловеческого бытия – постепенное совершенствование самой природы человека. Все называвшиеся мной минусы этой природы были известны, что называется испокон веков, и упоминавшиеся мной рецепты – тоже отнюдь не сегодняшнего «разлива», так что никаких открытий я здесь не делал, а лишь перечислял всем известное. Беда человечества до сих пор состояла в том, что у него не было реальных средств как-либо изменить эту картину, и всевозможные религиозные учения, во многом, возникали именно от этой безысходности. Теперь у него такое средство есть – это вся обширная сфера деятельности, связанная с генетическими исследованиями. Пока этой сфере ещё «без году неделя», но темпы её развития не могут не внушать оптимизм и позволяют надеяться, что средства качественного прогресса человечества успеют заработать раньше, нежели оно могло бы быть погребено под ворохом накапливающихся проблем.

Понятно, что мне бесполезно пытаться расписывать, как всё это будет технически осуществляться: во-первых, я совершенно далёк от данной области, так что это не моего ума дело, а во-вторых, даже и спецы в данной области также пока не дадут вразумительного ответа на сей счёт – время соответствующих открытий ещё не пришло. Однако весь ход событий позволяет однозначно утверждать, что принципиально воздействие людей на свою природу возможно, а раз так, то оно обязательно будет иметь место, поскольку эволюционно-прогрессивно. Причём, с достаточно высокой степенью вероятности можно предположить, что начало данного исторического процесса стоит ожидать вряд ли позднее середины нынешнего века, поскольку те или иные подходы к нему имеют место уже сейчас. Самое главное достоинство «метода» – в том, что никого не надо будет ни к чему принуждать, и никому не надо будет «капать на мозги». Все плюсы будут, как на ладони, – на примере согласившихся участвовать, а дальше пойдёт своего рода цепная реакция – вряд ли найдётся много желающих оставаться на «обочине истории». И вот здесь и воспитание и образование серьёзно повысят свою востребованность, поскольку улучшенная человеческая природа сама, без какого-либо понуждения захочет и воспитываться и образовываться.

Надо отметить, что защищаемую евгеникой идею усовершенствования человеческой природы не следует смешивать с продвигаемой трансгуманизмом идеей бессмертия человека, поскольку у данных направлений мыследеятельности – принципиально разные цели. Достижение бессмертия – всего лишь очередной этап в техническом прогрессе человечества. Трансгуманизму нет разницы, кто именно достигнет бессмертия, важен лишь сам факт этого достижения, а то, что получится просто усовершенствованный дурдом, и все перечислявшиеся выше проблемы внутрисоциумного общения в нём останутся, им во внимание не принимается. Мало того, в таком случае, и сами эти проблемы рискуют стать «бессмертными», как и их источники. Т. е., в трансгуманизме не идёт речи конкретно о задаче оптимизации межличностного общения, личное бессмертие объявляется более важной целью, нежели характер бытия человечества. Думаю, что это – эволюционно неверный посыл. Для евгеники же бессмертие – лишь один из многих возможных аспектов совершенствования человеческой природы, главным же для неё является построение социума, состоящего целиком из разумных личностей, даже если эти последние и не будут обладать бессмертием. Т. е., ориентиром евгеники является оптимизация общечеловеческого бытия, а достижение индивидуального бессмертия может рассматриваться ею только в качестве побочного дополнительного «бонуса».

^ ^ ^

Незаметно подобрался апрель, началось необратимое таянье снега, а намело его в эту зиму полно – кое-где и до высоты забора. Постепенно солнце делает своё дело, на крышах снега уже, практически, нет, затем начали освобождаться пространства у строений и заборов, а потом придёт черёд и всего сада. Думаю, за неделю земля очистится, однако до приезда дачников пока ещё далеко. Процесс прихода реальной, а не календарной весны, как всегда приветствуется голосами синичек и прочих их здесь зимовавших «коллег», так что сердцу есть, чему порадоваться среди остающегося пока белоснежья. Через пару недель и вовсе можно будет понемногу приниматься за разного рода садовые работы, которые потом не отпустят от себя на очередные полгода. Сегодня, к своему удивлению, обнаружил ползущую по снегу, невесть откуда взявшуюся пчелу. Хотел заснять это чудо, но пока ходил в дом за камерой, её и след простыл. На моей воронежской плантации снег сойдёт ещё раньше, так что надо бы и туда наведаться через недельку – в любом случае, домашнее «закомпьютерное» «сидение», столь обыденное для меня зимой, совсем скоро превратится в эпизодическое – в основном, почта, погода, новости, а на какую-либо писанину времени до октября, практически, не останется.

Вот и данный текст, хорошо бы постараться вскоре «свернуть» – не хочется «гнать зайца дальше» и оставлять его завершение до следующей зимы. С одной стороны, ещё много можно чего понаписать, но с другой – основное-то уже сказано, а «воду в ступе толочь» или «лить в текст» эту самую воду нужды нет. Вообще для занятий «бумагомаранием» вряд ли можно найти лучшие место и время, чем зима на даче. Конечно, чтобы совсем не торопиться, стоило бы начинать свои творческие потуги уже в ноябре, а не ждать до февраля, ну да не всё от нас зависит – всегда какие-то дела находятся, а тут ещё и общественные никак до конца не отпускают, на что я весьма рассчитывал. Кроме того, и французский внёс свою лепту – не вовремя «на голову упал». Кстати, пока туго идёт – всё же для подобного освоения желательны более молодые мозги, – но надеюсь по окончании садового сезона обязательно продолжить. Лени по этому поводу у меня никакой не будет, а вот заставить себя после столь долгого перерыва дописывать данный текст может оказаться весьма проблемным. Лучше уж тогда, если обстоятельства позволят, приняться за что-либо ещё – например, если, опять же, не будет лень, насочинять вторую половину своей сказки, первая часть которой была написана ещё почти тридцать лет назад. В любом случае, я совершенно согласен с той народной мудростью, что «не стоит откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня», поэтому поторапливаюсь продолжать.

Впрочем, ещё одно «лирическое отступление». Весьма интересно наблюдать, как с течением жизни меняются те или иные собственные пристрастия. Причём они не меняются кардинально, стержень, если он был, обязательно остаётся, а меняются лишь акценты, нюансы, интенсивность задействованности. Мне всегда хотелось заниматься слишком многим и всегда жалелось, что это, мягко говоря, малореально. Если бы было дано три жизни, одну, видимо, был бы рад провести в спорте, вторую – в науке, третью – в искусстве. Ну а поскольку жизнь одна, как сделать выбор в пользу чего-то определяющего? – поэтому более важным по сравнению с конкретным «реальным» бытием представляется процесс осмысления жизни, и начинаешь «превращаться» в подобие философа. А упомянутые три жизни лишь вкрапляются в твою нить отдельными урывками. Где-то каким-то спортом слегка позанимался, где-то – какими-то исследованиями, где-то – художественным творчеством. Ничто, однако, не было полностью моим, хотя и соединилось потом удачно в садоводстве. А основным, что стало особенно очевидно после пятидесяти, было и осталось мышление. И не так важно, насколько удалось или не удалось реализовать это своё «я», – главное, что оно найдено, имеет возможность ежедневно проявлять себя и приносить – привет Эпикуру – истинное удовольствие. А что касается конкретно упомянутых нюансов в пристрастиях, думаю, каждому есть что сказать на этот счёт. Например, всегда интересовался всевозможными спортивными новостями, потом сузил эту сферу до информации о футболе, лёгкой атлетике, беговых и горных лыжах и шахматах, потом постепенно всё отпало и остался один футбол, а сейчас чувствую, что и он уже интересует не в той степени, как раньше. Очевидно, что «суетные мелочи» имеют свойство с течением жизни отходить на второй и даже на «десятый» план.

^ ^ ^

Что же принесёт человечеству генетическая самокоррекция природы человека? Если коротко, то реально будет достигнут «рай на земле». Нынешний личностный состав земного социума мешает его элементам конструктивно и эффективно взаимодействовать друг с другом на благо всех и каждого. Современный «цивилизованный» мир на самом деле продолжает жить по законам джунглей – с той только разницей, что сами джунгли выглядят чуть более цивилизованными. Меняется видимость, а стержень человека, фактически, пока остаётся прежним и называется он – животность. Из наименования Homo Sapiens вовсе не следует, что любой представитель вида реально обладает разумом, а только – то, что он мог бы им обладать. На деле же уже между «человеком говорящим» и «человеком мыслящим» – огромная пропасть, но и среди последних «человек разумный».встречается далеко не часто. Генетика даёт возможность расширить ареал разума, постепенно распространив его на весь земной социум. Новый качественный состав землян породит и совершенно новый мир.

Некоторые черты этого мира могут совпадать с характеристиками т. н. «коммунистического рая», однако между ними есть принципиальные существенные отличия. Коммунисты ратуют за определённый тип взаимоотношений между людьми уже при нынешней человеческой природе, не понимая, что это утопично. Благими пожеланиями известно, куда дорога вымощена, природу нельзя ни задобрить, ни запугать, ни как-либо обмануть. Чтобы достичь отличного от нынешнего уровня межличностного взаимодействия, природа всех и каждого должна сама этого хотеть, что возможно только при её генетической коррекции. Точно так же утопичен и коммунистический лозунг «человек человеку – друг, товарищ и брат», причём – не только в нынешних условиях, но и в евгеническом обществе будущего. В последнем не только никто не обязан будет дружить и брататься со всеми остальными, но в этом не будет и никакой необходимости. Каждая личность такого общества – самодостаточна, любые лозунги и призывы касательно личностных качеств будут неактуальны, поскольку у всех будут одни и те же аксиомы на этот счёт. Людей будет связывать внутренняя установка каждого на корректное, конструктивное взаимодействие со всеми и не более того, а с дружбой всё останется так же, как оно есть и сейчас, – личный выбор каждого.

Общество, избавленное от мировоззренческих иллюзий, и – с настроем каждого на подобное взаимодействие с остальными есть адекватное и минимально разумное общество. Для полноты разумности должна ещё работать внутренняя установка на эффективность любого взаимодействия, в котором наличествует та или иная совместная инициатива, что общество будущего (т. е., опять же, новая человеческая природа) также вполне в состоянии обеспечить. Оно будет принципиально отличаться и от муравейника или пчелиного улья, где каждая особь просто выполняет свойственные ей функции на общее благо. Человек будущего не будет никакой функцией, он будет решать именно свои собственные жизненные задачи, но делать это будет заведомо корректно по отношению к кому бы то ни было и не входя в противоречия с интересами всего социума. Это не будет ни робот, ни винтик, ни солдат, ни какой иной кастовый элемент. Что касается любых позитивных (не аномальных) интересов личностей, их вкусов, склонностей и темпераментов, то нынешняя огромная их палитра не претерпит никаких сокращений. Изменения коснутся только характера межличностных взаимодействий, и при достижении всеми единого понимания того, чего в таковых не должно быть, ни в какой декларации моральных норм уже не будет необходимости.

^ ^ ^

Сейчас мир – это большой балаган, базар, дурдом. Поскольку разумным людям, ввиду их малочисленности, редко когда удаётся влиять на принятие решений, «земной цирк» продолжает существовать, фактически, «без руля и без ветрил», и его разумная составляющая вынуждена, по большей части, заниматься тем, что позволяет ей не сгинуть в окружающем мраке. Не замечать наличие последнего может только настоящий дебил, а дееспособный неадекват, который жизнь в этом мраке в общем-то устраивает, о нём также прекрасно знает. Войны, теракты, преступления против личности, коррупция и т. д. – нет смысла перечислять, всем всё очевидно. Всё это и многое другое, не столь вопиющее, но также вредоносное, будет иметь место до тех пор, пока у индивидов будет оставаться внутреннее побуждение к тому и отсутствие внутренней установки на конструктивное взаимодействие с другими. Никакие черты личности принципиально не устранимы ни призывами, ни наказаниями, мы есть то, что мы уже генетически есть. Поэтому генетическая коррекция будет осуществляться не на уже живущих, а на вновь рождающихся и – только с согласия их родителей.

В связи с принципиальной возможностью такой коррекции, естественно, возникает целый веер взаимосвязанных вопросов: «Всё ли будет проходить безошибочно? Не породим ли «монстров»? Не захочет ли кто-либо «приватизировать» процесс к своей выгоде? Кто будет контролировать подобные процедуры?» И т. д. и т. п. Опасения, конечно, небеспочвенны, но они и были и есть у любого исторического явления или процесса, и, тем не менее, «караван идёт», так почему бы ему не идти и дальше? Ошибки, разумеется, возможны, как они возможны всегда и везде, но человечество, как саморегулирующаяся и самоорганизующаяся система, способно их исправлять, осознавать и не повторять (хотя, понятно, стопроцентной гарантии никто дать не может). Это, в частности, видно на примере и мирного и немирного атома. С другой стороны, как известно, «волков бояться – в лес не ходить», не говоря уже о том, что эволюционный процесс всё равно не остановить, как бы кто чего ни опасался. Контролироваться процедуры будут соответствующими органами, руководствующимися законами, которые на этот счёт будут приняты (а общество не будет принимать самоубийственных законов), так что тут нет ничего нового или чего-то нерешаемого. Да, в принципе, могут иметь место (особенно – на начальной стадии процесса) отдельные попытки взять какой-то объём «перекодировки» или под личный или под мафиозный контроль, но сформировавшееся уже мировое сообщество должно с этим справиться, как оно призвано справляться и с любым иным негативом. В демократическом, рыночном обществе это проблемы не составит, а с тоталитарными, не исключено, придётся и повозиться.

Однако и в тоталитарном государстве глобально негативное развитие событий маловероятно. Где и какие родители захотят превращения своих детей в послушных рабов системы? Если только в Северной Корее их заставят захотеть? Но мировое сообщество вполне в состоянии этот «раковый очаг», если он возникнет, купировать. А даже в Китае население вряд ли позволило бы над собой подобным образом измываться, если бы подобная инициатива там возникла. Поэтому не вижу серьёзных оснований беспокоиться насчёт возможности общего негативного развития событий в связи с процессом генетического улучшения природы человека. У меня есть два вполне адекватных приятеля, общение с которыми, увы, свелось к минимуму в связи с их пессимистическим взглядом на генетическое совершенствование человечества. Общемировоззренческий пессимизм мне вообще малоинтересен (а данный вопрос – из этой категории) ввиду его антиэволюционности.

^ ^ ^

Что будет и чего не будет в обновлённом человечестве? Понятно, что всё не распишешь, но можно попытаться предположить хотя бы что-нибудь. Первыми исчезнут любые генетические аномалии – как в физическом, так и в умственном развитии. Не останется ни психических расстройств, ни сексуальных отклонений. Болезни станут исключением из правила. Уже одно это высвободит огромное количество затрачиваемых ныне ресурсов, перенаправив их с борьбы с негативом на формирование позитива. Следующими на очереди окажутся явно отрицательные черты характера: склонность к мошенничеству, посягательствам на чужое и любой узурпации, злобность, агрессивность, ярко выраженные завистливость и жадность, лживость, хамство, наглость, беспардонность и т. д. и т. п. Потом постепенно уйдёт и менее выраженный негатив – разного рода бестолковость, склонность к следованию иллюзиям, нелогичность, несозидательность и т. п. Общество, избавившись ото всего этого, станет настолько чище, что станут ненужными ни суды (первоначально сохранятся мировые), ни полиция, ни прокуратура. К тому времени, когда всё это будет осуществляться, вряд ли останется необходимость в государственных границах, таможне и т. п. вещах – мир будет становиться всё более единым.

Как будут обстоять дела с разного рода конкуренцией? Останется ли она или уйдёт в небытие? Думаю, как явление – останется, но содержательно она, конечно, изменится. Суть в том, что при новом качестве человеческой природы конкуренция будет основана на жёстком добровольном соблюдении всеми участниками соответствующих «правил игры», она станет конкуренцией спортивного или аукционного типа и даже – этакой своеобразной формой конструктивного взаимодействия. Вряд ли она исчезнет совсем, поскольку если исчезнет дух состязательности, скорее всего, существенно (вплоть до застоя) уменьшатся общие возможности развития. Отдельный важный вопрос – существование политической конкуренции. Вопрос о власти, так или иначе, будет важен всегда – даже в том случае, если власти, как таковой, не будет. В любом случае, людям не придётся индивидуально принимать решения касательно важных общих вопросов, а придётся советоваться и дискутировать на этот счёт друг с другом, а это значит, что политические позиции и их соревновательность не канут в Лету, хотя туда вполне могут отправиться отражающие любые подобные позиции политические партии.

Интересно, конечно, и попытаться предугадать, где и когда может начать осуществляться сей процесс «генетической перестройки». Что касается времени, то ответ на вопрос, во многом, будет зависеть от того, что человечество решит посчитать таким началом. Думаю, ждать этого осталось сравнительно недолго, а дальше «действо» пойдёт с ускорением. По поводу «где?» – это, в известной степени, гадание «на кофейной гуще», но первое, что, в этой связи, приходит в голову, это – Англия, которая сейчас находится, пожалуй, в авангарде мировых генетических исследований, и законы которой максимально позволяют работать в данном направлении. Разумеется, весь «процесс перехода» займёт относительно длительное время (рискуя насмешить будущие поколения, предполагаю для его кардинальной фазы примерно 2030-2130 годы), и как и в любом общечеловеческом процессе, в нём будут и «передовики» и «отстающие». При этом, параллельно с ним будет происходить и возрастание роли ООН в качестве международного форума и органа арбитража. Также должна будет стабилизироваться и общая численность населения Земли.

^ ^ ^

Ещё один актуальный вопрос – «а возможно ли сейчас как-то приближать начало этих событий, и если да, то как?» Вообще говоря, – возможно, но конкретика зависит от индивидуального способа бытия каждого понимающего. Разумеется, в первую очередь, такое приближение зависит от людей, работающих в данной области, – от учёных-генетиков. Состоятельные граждане призываются финансировать подобные работы, а все прочие разумные особи – к пропаганде идеи в СМИ, Интернете и в повседневной жизни. Опять же, на быстрое развитие событий, объективно, пока рассчитывать трудно, поскольку пока данная задача не осознаётся ещё человечеством в качестве приоритетной. Однако, рано или поздно, она таковой непременно станет. Здесь можно было бы процитировать хорошо известное «Жаль только жить в эту пору прекрасную…», но гораздо важнее будет порадоваться за грядущие здоровые во всех смыслах поколения.

В основном, я ответил на все, поставленные здесь перед собой вопросы, тема оптимизации бытия, так сказать, переварена, и желание её изложения более не «висит над душой». Тем не менее, она, конечно, всё равно продолжит быть для меня самой значимой, интересной и актуальной и прежде всего остального отслеживаемой мной по новостям. Вот, например, сегодня прочитал, что китайские учёные пытаются выявить аллели, которые определяют человеческий интеллект. Здорово, и, как говорится, то ли ещё будет!

Как тепло и светло жить в мире своих позитивных мыслей, и как грустно возвращаться «с небес на землю». Иногда при общении с людьми ощущаешь себя будто в каменном веке, настолько социумная реальность, усилиями многих её элементов, оказывается убийственной и невыносимо отвратной. Утешает отчасти только то, что теперь виден «свет в конце тоннеля». Жить, однако, пока приходится в тоннеле, и риски «попасть под поезд» здесь весьма велики. Никакие найденные оптимальные на Земле места от них не гарантируют, но, тем не менее, вероятность «попадания» может оказаться в них существенно ниже, чем при «стоянии на рельсах». Так что пока садовые дела ещё не начались, продолжу понемногу «долбить» «свой» французский – “show must go on”.

(02. – 04. 2013)

...